Мировые рынки

ЕЦБ и Германия не поддержали аппетиты Греции

Последнее развитие событий показывает, что ситуация с Грецией еще далека от разрешения. ЕЦБ объявил о том, что в своих операциях предоставления ликвидности перестает в качестве обеспечения принимать греческие облигации. В большей степени это был демонстративный шаг, т.к. греческие банки продолжат получать ликвидность через Национальный Банк Греции. При этом встреча министров финансов Греции и Германии закончилась безрезультатно: Германия дала понять, что не откажется от требования к греческим властям соблюдать жесткую бюджетную экономию. Таким образом, на новое греческое правительство оказывается серьезное давление с целью умерить его "аппетиты" в выполнении популистских предвыборных обещаний. Несмотря на эти новости, евро смог удержаться на локальных максимумах (1,15 долл.), что связано с ослаблением доллара к большинству мировых валют, которое также поддержало цены на нефть (стоимость Brent восстановилась до 57 долл./барр.). В пятницу выходит очередной недельный отчет Baker Hughes по числу действующих буровых установок в Северной Америке. Кроме того, сегодня выходит отчет по занятости в США за январь (консенсус: +237 тыс. рабочих мест), который может также либо поддержать, либо прервать ралли на нефтяном рынке.

Экономика

Инфляция в январе: разгон на рекорд

Всплеск инфляции в январе превзошел все ожидания. По уточненным итоговым данным Росстата за месяц она взлетела до 3,9% м./м. против 2,6% в декабре 2014 г. (а не до ~3%, как следовало из предварительной недельной статистики). Это рекордный ее уровень м./м. для новейшей истории, ранее подобные всплески цен были только до 2000 г. В результате в годовом выражении инфляция ускорилась с 11,4% до 15%, сравнявшись с недавно сниженной Банком России ключевой ставкой.

Из общего ускорения на 1,3 п.п. (к декабрю 2014 г.), по нашим оценкам, до 0,8 п.п. объясняется раскручиванием продовольственной инфляции (до 5,7% м./м.). Оставшийся эффект полностью можно списать на более резкое удорожание непродовольственных товаров (до 3,2% м./м.), т.к. инфляция услуг оставалась в январе хотя и повышенной, но неизменной (2,2% м./м.).

Детальный анализ показывает, что главной причиной всплеска инфляции в январе стало двукратное ускорение роста цен на плодоовощную продукцию (учитывая масштаб удорожания и вес этой категории в общем индексе цен). Фрукты и овощи подорожали за месяц на 22% (против ~13% в декабре и ~9% в ноябре 2014 г.). Это беспрецедентно высокий показатель для последнего десятилетия, подобных уровней не наблюдалось даже в засушливые годы.

Вторичную, но в совокупности не менее весомую, роль играет более быстрый рост цен на мясо и птицу, рыбопродукты, алкоголь, сахар, молоко, изделия из муки и зерна. В непродовольственном сегменте, по предварительным данным, в среднем в 1,5-2 раза ускорился рост цен на одежду и обувь, бытовую химию, бензин и медикаменты.

В секторе услуг, помимо удорожания ЖКХ, под влиянием ослабления курса особую опасность будет представлять продолжение ускоренного роста цен на услуги пассажирского транспорта (ежегодная индексация транспортных тарифов еще отразится в феврале) и зарубежного туризма.

Мы полагаем, что и в продуктовом, и в непродовольственном сегментах всплеск инфляции преимущественно был вызван отложенным эффектом девальвации рубля. Не секрет, что на волне всеобщей нервозности, связанной с запретом на импорт и одновременным резким удешевлением рубля, многие ритейлеры старались “тянуть время“. Из-за опасений потерять покупателя они поначалу компенсировали удорожание импортных поставок за счет собственных ресурсов, добивались скидок при заключении контрактов с альтернативными поставщиками продовольствия (страны, не попавшие под запрет), те, в свою очередь, соглашались, боясь повышением цены лишиться доли рынка; в непродовольственном секторе - распродавались старые запасы. Девальвация ноября-декабря 2014 г. (~40%), по всей видимости, расставила точки над "i" и сделала эту стратегию неподъемной. Случилось то, что рано или поздно должно было произойти: продавцы переложили свои потери на покупателя. Кроме того, нужно учитывать, что сетевые ритейлеры не составляют доминирующую долю всей торговли, остальные просто не могли позволить себе такую стратегию изначально. Судя по тому, что наибольшее удорожание наблюдается по продуктам из "санкционного списка", в частности - фруктам и овощам (сезон которых уже завершен), складывается впечатление, что рынок уже "пожинает плоды" образовавшегося дефицита на некоторые продуктовые позиции из-за перебоя с поставками из альтернативных стран/дороговизны альтернативной продукции.

Очевидно, что по мере проявления эффекта девальвации в ближайшее время инфляционный шок будет максимальным за весь 2015 г., но во 2П 2015 г. инфляция должна начать довольно резко снижаться под воздействием сужения покупательной способности населения на фоне падения экономики. То, каких максимальных уровней она может достигнуть в 1П 2015 г., зависит от степени и продолжительности эффекта переноса девальвации на цены. С учетом новых данных, уже в феврале инфляция в годовом выражении рискует превысить 17% и в целом оказаться выше 18% к концу 1П 2015 г. Причем столь сильная реакция цен на девальвацию (недооцененность эффекта переноса) и дополнительные инфляционные риски (новое ослабление рубля на фоне падения цены на нефть, индексация соцвыплат, ограничение предложения зерна и сахара в связи с активизацией их экспорта и т.д.) ставят под сомнение возможность выхода на ожидаемые нами изначально 13% инфляции на конец 2015 г.

Текущая инфляционная динамика говорит о том, что опасения населения не ослабли, нельзя говорить и о затухании девальвационных ожиданий, учитывая продолжение долларизации экономики. При таких инфляционных рисках, на наш взгляд, у Банка России нет формальных поводов для смягчения денежно-кредитной политики, несмотря на то, что падение ВВП в 1 кв. может составить ~3% и вновь поднимет вопрос о ее дополнительном стимулировании. Повышение ставки впоследствии также едва ли выглядит логичным, потому что столь кардинальные и быстрые перемены в риторике монетарной политики будут вызывать большие вопросы у участников рынка. Мы видели бы оправданным до осени сохранить ключевую ставку неизменной с ее последующим некоторым снижением по мере замедления инфляции к концу года.