По решению правительства 1 июля 2008 года должно прекратить свое существование РАО "ЕЭС России". Это станет последним событием в истории одной из самых крупных сегодня отечественных корпораций и финальным аккордом реформы электроэнергетики, которая началась четыре года назад, пишет "Независимая газета".
Впрочем, "возраст" реформы – вопрос спорный. Так, первый документ, в котором говорится о преобразованиях в естественных монополиях – это указ президента РФ, датированный еще апрелем 1997 года. А консультант компании Cameron McKenna Джек Нюшлосс считает, что первая дата в истории реформы российского энергосектора – приход Анатолия Чубайса на пост главы РАО "ЕЭС России" в 1998 году. В тот момент на повестке дня стояло немало более насущных проблем. Для начала, например, ликвидировать "бартерные платежи". Сейчас трудно представить, но в конце XX века электроэнергия кое-где оплачивалась валенками и апельсинами и только на 20% – деньгами.
К обсуждению стратегии развития РАО "ЕЭС России" вернулись, когда финансовую ситуацию в компании удалось нормализовать. 4 апреля 2000 года совету директоров РАО был представлен на обсуждение первый проект Концепции реструктуризации компании. После ее презентации широкое распространение получило выражение "крест Чубайса". Диаграмма из двух пересекающихся кривых – растущего спроса на электроэнергию и снижающегося производственного потенциала отрасли – наглядно демонстрировала: если ничего не предпринимать, то уже в 2005–2006 году Россия столкнется с дефицитом электроэнергии.
Основная цель преобразований, как ее определили для себя идеологи реформы – создать условия для прихода в отрасль частных инвесторов. Другого пути найти деньги на строительство новых электростанций не было: на государственные средства рассчитывать не приходилось, а тарифная выручка позволяла финансировать лишь несколько строек на одной шестой части суши.
11 июля 2001 года Джек Нюшлосс называет ключевой датой в истории реформы – глава правительства РФ подписал постановление "О реформировании электроэнергетики Российской Федерации". Это еще не начало преобразований – но значительный шаг вперед по пути к ним. Официальная дата начала реформы – 26 марта 2003 года, когда президент России подписал пакет федеральных законов, в том числе "Об электроэнергетике", который позволил запустить процесс структурной реформы в отрасли. Ее базовый принцип – разделение на конкурентный и монопольный сектора. В большинстве стран мира станции, производящие электричество, принадлежат частным акционерам. А сети, особенно магистральные, наоборот, строго контролируются государством и остаются монопольными. Тогда государство снимает с себя обязанность поддерживать бюджетными деньгами строительство электростанций и может сосредоточиться на финансировании инвестпрограммы сетевых предприятий. А частные ТЭЦ и ГРЭС, конкурируя между собой, стараются снизить цены для потребителей, внедрять новые технологии, позволяющие экономить топливо и т.п. Российская электроэнергетика пошла по этому пути: региональные АО-энерго разделили на генерирующие, сбытовые и сетевые части. Затем генерирующие мощности распределились между шестью ОГК (в них вошли крупные электростанции по экстерриториальному признаку) и 14 ТГК (в них вошли менее мощные тепловые электростанции из сопредельных регионов). Все магистральные сети переданы Федеральной сетевой компании, которая останется под контролем государства.
Параллельно шла трансформация системы взаимоотношений в отрасли на новых, рыночных основаниях. Еще в 2003 году появляется сектор оптовой торговли электроэнергией – 5–15%. Он стал своеобразным тренажером для обкатки механизмов будущего энергорынка и позволил подготовить его участников и морально, и технически к работе в условиях конкуренции.
А 1 сентября 2006 года решением правительства вступили в силу правила оптового и розничного рынков электроэнергии. Именно это событие Сергей Суверов, вице-президент управления акций Citigroup, отмечает как одно из ключевых в процессе реформы отрасли. Заложенные этими документами принципы конкурентного ценообразования, которое должно распространиться на всю оптовую торговлю электроэнергией к 2011 году, – важнейший сигнал для потенциальных инвесторов, гарантия окупаемости их вложений.
Что мы имеем "на выходе"? Разворот инвестиционного процесса на основе частных инвестиций. В 2006 году первое в энергетике IPO – размещение акций ОГК-5 – прошло с оглушительным успехом. Объем привлеченных средств составил 459 млн. долларов – больше, чем все госвложения за предшествующие 20 лет. По сведениям аналитиков, на участие в IPO другой генкомпании – ОГК-3 – уже выстроилась очередь из десятка стратегических инвесторов. На этом фоне планы привлечь в отрасль до 16 млрд. долларов за счет IPO генкомпаний в 2007–2008 годах, которыми недавно поделился глава РАО "ЕЭС России" Анатолий Чубайс, вовсе не кажутся такими уж фантастическими.
А ведь еще недавно план преобразований в электроэнергетике был предметом ожесточенной полемики. Некоторые главы регионов публично выражали сомнение в том, что вообще хоть кто-то из инвесторов "рванет в нашу энергетику". Андрей Илларионов, работавший в 2002 г. экономическим советником президента РФ, обвинял менеджмент РАО "ЕЭС" в том, что реформирование стало причиной снижения капитализации энергомонополии до 3 млрд. долларов. Сегодня рыночная стоимость РАО "ЕЭС" превышает уже 50 млрд. долларов, и эксперты фондового рынка связывают это именно с тем, что реформа энергетики набирает обороты.
Не слишком верили в успех энергореформы и "смежники". В 2003 году генеральный директор ОАО "Московский машиностроительный завод "Рассвет" Владимир Горбаткин заявил, что "реформа электроэнергетики – не во благо производителя". Сегодня в среде энергомашиностроителей другие настроения. Инвестпрограмма РАО "ЕЭС России" предъявляет отечественным предприятиям масштабный заказ стоимостью в миллиарды рублей. По мнению исполнительного директора концерна "Русэлпром" Ивана Городницкого, сейчас энергетика дает новый мощный импульс к развитию отечественного машиностроения: "Наши производственные планы вообще тесно увязаны с потребностями энергетиков".
"У реформ в России непростая судьба, – считает историк Людмила Найденова. – Нельзя сказать, что любые преобразования здесь обречены на неудачу. Но лишь немногие реализованы до конца". Премьер-министр царской России Петр Столыпин особо отмечал, что его аграрная реформа не даст мгновенный результат: стране нужно двадцать мирных лет, чтобы дорасти до уровня наиболее развитых экономик мира. Однако империя не удержалась от соблазна помериться силами с другими европейскими державами и исчезла в горниле Первой мировой войны.
Эксперты не ждут, что уже в июле 2008 года отрасль чудесным образом мгновенно преобразится: исчезнет дефицит электроэнергии, появятся новые экологически чистые и эффективные электростанции. Однако все предпосылки для этого созданы, первые стройки на частные деньги уже заложены. Энергетической отрасли нужны лишь несколько «мирных лет» для развития.
